Расшифровка слов Тима:

«Про Нью-Йорк они сказали мне, что на выставку пришли те люди, которые обычно не ходят в музеи, и это заставило меня чувствовать себя, вы знаете, замечательно. Я никогда не был привязан к музейной культуре, музей восковых фигур был единственным музеем, в который я ходил. Именно это мне нравится и в этом месте, активная природа вещей, с моей точки зрения это очень волнующе. Музейный опыт такого рода очень хорош и я высоко ценю это. Здесь места еще больше, но ты все равно чувствуешь интимность».

«На ранних этапах моей жизни я не особенно разговаривал. Гораздо более комфортно я чувствовал себя, делая эскизы, которые имели значение для меня, которые связывали меня с моим интеллектуальным разумом. Для меня лично это всегда было… как и для некоторых проектов, способом мышления, который я нахожу более сильным, благодаря образом. Это идет из подсознательного, я нахожу это самым комфортным для меня, безопасным местом. Это всегда борьба – делать фильм. На раннем этапе я думал, что если я сделал успешный фильм, то это даст мне возможность делать что угодно, что я хочу делать. Но когда после успешного фильма я стал пытаться делать «Эдварда Руки-ножницы», это было очень трудно. Никто не хотел делать это. И даже сейчас это процесс, в котором ты должен держать себя слегка скромным, тебе никогда не дают карт-бланш».

«Я никогда не думал о том, чтобы хранить большинство из этого, я никогда даже не смотрел на это снова, это все лежало в комодах. И вот они пришли и произвели археологические раскопки. Они нашли мои оригинальные эскизы для Диснея и все такое прочее».

Взято с БертонЛенда