Перевод интервью от Helga
Журналистка спрашивает, использует ли Джонни голоса своих персонажей со своими детьми.
Джонни: «О, да. И они говорили мне: «Прекрати! Не мог бы ты использовать свой обычный голос, папа, пожалуйста!», - смеется, - «Ну и я им: «Конечно!»
Журналистка спрашивает, как Джонни вне мира кино ведет себя с детьми, когда они приходят к нему.
Джонни: «Единственная вещь, которую ты можешь сделать для них, самая первая вещь – это любовь, не зависящая от условий, и поддержка. Ты просто любишь их и пытаешься направить их в правильном направлении. Вы знаете, они приходят домой и… Дети иногда могут быть немного жестокими…»
Журналистка: «Особенно в неполной средней школе…»
Джонни: «Да! Но пока ты любишь их, поддерживаешь их, позволяешь им знать, насколько они особенные, насколько они уникальные…»
Журналистка спрашивает Джонни о том, как он, такой популярный, продолжает вести себя дома.
Джонни: «Мои дети едва ли… Ну… Вы знаете… Они знают, что я делаю, но их не особенно-то это заботит. Это никогда дома не обсуждается. Может быть они иногда спросят меня», - почесывая усы, - «что-то по поводу моей роли в фильме, то и сё, но их не особо это интересует, и я нахожу это великолепным».
Журналистка упоминает, что дети Тима были на съемках Алисы, она спрашивает, не испугались ли они.
Тим: «Что касается моей двухлетней… ей понравилось. Она любит монстров. Она более во всем этом, чем шестилетний мальчик. Я думаю о том, какой странной бывает детская литература. Не очень политически корректно пить что-то, что говорит тебе «Выпей меня», или есть что-то, игнридиентов чего ты не знаешь. Это одна из тех причин, по которой… Мы никогда не думали делать что-то более мрачным или более странным, чем изначальный материал. Я думаю, что все это очень подходит миру Алисы».
Журналистка: «Какова была самая сложная задача для вас обоих?»
Тим: «Для меня это было использование разных техник. Я никогда не делал ничего подобного. Это очень странный для меня процесс создания фильма. Я просто пытался быть искренним в том, что я люблю в Льюисе Керролле. И имею в вижу персонажей мира Страны Чудес. Я думаю, это было ключевым моментом для всех нас – взять то, что мы любим в этом, что тронуло нас в этих персонажах, и попытаться сделать все правильно, справедливо».
Журналистка говорит Джонни, что он сыграл много невероятных персонажей, но Шляпник – это нечто из ряда вон выходящее.
Джонни, благодарно кивая: «Это было здорово. Было очень здорово играть его».
Журналистка спрашивает, как Джонни вживался в образ.
Джонни: «Роль в основном пришла из замечательной книги. Это невероятное воображение Льюиса Керролла. А также из маленьких загадочных деталей, которые он оставил по всей книге. Меня очень заинтриговали слова Шляпника «Я исследую вещи, которые начинаются на букву М». В конце концов я выяснил, в чем была причина болезней шляпников. Они использовали много ртути в клее, когда делали шляпы. И они становились чокнутыми. Это проявлялось по-разному. Их психика нарушалась так или иначе. Наш Шляпник стал», - глядя на Тима, - «кольцом настроения в человеческом обличье».
Журналистка: «Вы когда-нибудь хотети отрубить кому-то голову?»
Джонни, удивленно: «Отрубить кому-то голову?»
Тим: «В три-дэ».
Джонни: «Да, я могу припомнить несколько случаев, когда я хотел отрубить кому-то голову».
Журналистка: «Это такое классное выражение! И ваша жена сыграла это так красиво!»
Тим: «О, да. Орать на пределе ее голоса разными способами».
Журналистка напоминает, что Хелена сказала, что он заставлял ее делать это, чтобы она не могла говорить потом.
Тим: «Это правда».
Тим и Джонни натянуто смеются.
Журналистка говорит, что Алиса кажется гораздо более сложным фильмом в плане создания, чем те, что они делали раньше.
Тим: «Безусловно».
Журналистка спрашивает, как Джонни справлялся с трудностями зеленых экранов.
Джонни: «Это может быть очень неприятным, вы знаете. Это делает все более сложным. Но в этой конкретной роли Безумного Шляпника мне было забавно быть окруженным всем этим зеленым, вести беседы с тенистым мячом, это просто добавило причудливости».
Автор перевода Helga
|