|
Стивен Фрай
24 августа 1957 года в Лондоне в семье физика Алана Фрая и его супруги Марианны родился сын Стивен. Мальчик вырос в одной из деревень Норфолка, куда семья переехала из Бакингемшира вскоре после его рождения.
Стивен рос непростым ребенком. Он учился в каком-то невероятном количестве школ, и почти из каждой его выгоняли. Из одного из частных пансионатов его "попросили", потому что он опоздал из Лондона. Там парень четыре дня к ряду смотрел кино. К 17-ти годам Стивен и вовсе серьезно влип. Он провалил экзамены в колледж и сбежал из дома, прихватив с собой кредитки друга семьи. Разумеется, парня поймали, он три месяца просидел в тюрьме, а потом получил три года условного срока. После суда его вернули в отчий дом.
Кажется, тогда Фрай взялся за ум и поступил в Кембридж, где занялся изучением английской литературы. Кроме того, Фрай играл в студенческом театре "Рампа" - там-то он и познакомился с Хью Лори, своим другом и соратником. Именно в составе "Рампы" Стивен дебютировал на радио (студенты создали радиопостановку).
Талант молодых людей очень заинтересовал BBC, и вскоре ребятам предложили собственное шоу. Так появился The Crystal Cube. Правда, программу закрыли после первого же эпизода. Но Хью Лори и Стивен Фрай - ребята не из пугливых. Они продолжали появляться на ТВ в эпизодах других шоу. И в 1986-м Хью и Стивен запустили сатирическое "Шоу Фрая и Лори". Оно оказалось весьма и весьма популярным. А в 1990-м Стивен и Хью упрочили свою популярность легендарнейшим сериалом "Дживс и Вустер".
Карьера Стивена Фрая на телевидении сложилась весьма и весьма удачно - он продолжает появляться на ТВ до сих пор. В 2003-м он, например, вел шоу QI. Конечно, Фрай работал не только над развлекательными проектами. К примеру, пару лет назад он снял документальный фильм об очковых медведях. Также он участвовал в создании программ, посвященных проблемам биполярного аффективного расстройства и СПИДа.
Между тем, телевидение - далеко не единственная "сфера деятельности" Фрая. Еще в 1997-м он зарекомендовал себя как прекрасный киноактер. Тогда он сыграл главную роль в драме "Уайльд". За эту работу его даже номинировали на "Золотой глобус".
В 2000-м году Фрай вновь воссоединился с Лори - для роли в картине "Черная гадюка туда-сюда" (это продолжение знаменитого британского телепроекта). Лента получилась страшно забавной и заняла достойное место среди британских комедий.
Затем в карьере Фрая было еще множество ролей в комедиях вроде "Саботажа" или "Голубой крови". Кроме того, он озвучивал компьютерные игры (игру о Гарри Поттере; также он записал все семь частей аудиокниги о мальчике-волшебнике) и мультипликационных персонажей (к примеру, голос Чешира в "Алисе в стране чудес" Тима Бартона принадлежит именно ему). Снимался Фрай и в других жанрах - например, на его счету роль в фантастическом боевике "V" значит Вендетта".
Параллельно с артистической деятельность Фрай занимался литературной. Его первой серьезной работой стала сценическая адаптация мюзикла "Я и моя девушка". Именно эта работа сделала его знаменитым. Впоследствии Стивен написал множество пьес и сценариев (например, для фильма "Волшебная флейта"). Его книгу экранизировали - в 2001-м вышла лента "Подарок судьбы".
Свой первый роман Стивен написал в 1993-м году. Это была книга "Лжец". В 1994-м он опубликовал роман о циничном поэте и наивном мальчике, верящем в свои сверхспособности ("Гиппопотам"), в 1997-м написал серьезный философский роман "Как творить историю". Кроме того, Фрай уже успел выпустил книжку о себе "Автобиография. Моав умывальная чаша моя". Одна же из самых знаменитых его работ последнего десятилетия - книга "Теннисные мячики небес".
Но даже этого Стивену оказалось мало. В 2003-м он решил поставить собственный фильм по роману "Мерзкая плоть" Ивлина Во. Так родился фильм "Золотая молодежь". И критики хоть приняли ленту без особого восторга, но все же с благосклонностью - они усмотрели в ленте историю самого Стивена, любимца светского Лондона и баловня судьбы, и в то же время глубокого и таинственного человека.
Одной из главных тайн юности Фрая была его сексуальная ориентация, но, повзрослев, он без труда признался в том, что является гомосексуалистом. На протяжении 14-ти лет Стивен жил с Дэниэлом Коэном. Но в июле нынешнего года появились слухи, что он начал встречаться с актером Стивеном Уэббом.
http://www.tradeukraine.com/xml_rss/spletnik.ru/
Со Стивеном Уэббом
Интервью с новым британским "человеком эпохи Возрождения" – Стивеном Фраем
Синтия Джойс
"Салон" (Salon)
7 мая, 1998 года
Когда будет закончено современное исследование Оскара Уайльда – а, учитывая, что сейчас существуют две пьесы, фильм и скоро в центре Лондона будет возведена статуя, которая должна прославить его жизнь и работы, завершение скоро – похоже, что фильм Брайана Гилберта "Уайльд" запомнят не столько по живописному описанию жизни Уайлда, сколько за идеальное соответствие Стивена Фрая его роли. Сравнения Уайльда и Фрая предсказумы – и от них нельзя удержаться: оба - реальные представители эпохи Возрождения, известные своим остроумием и обаянием; оба - приверженцы как классики, так и современной культуры, и оба одинаково неспособны соответствовать своему же прославленному образу. Три года назад Фрай исчез. Ушел из не самой удачной постановки в Вест-Энде, пьесы "Сокамерники" ("Cell Mates"), где он играл главную роль. Друзья Фрая боялись, что тот совершит самоубийство, и не без причины: когда он вернулся несколько недель спустя, то признался, что пытался сделать это. Если после этого и остались шрамы, то Фрай очень хорошо скрывает их. В ожидании получения награды на Международном кинофестивале в Сан-Франциско за роль в "Уайльде", Фрай казался оптимистически настроенным и любезным – и даже более очаровательным, чем обычно. "Салону" он рассказал о роли; о его новом романе "Делая историю" ("Making history"); и о том, что значит быть "удачно-приспосабливающимся" художником. Интересный факт. Несмотря на то, что со дня смерти Уайльда прошел почти век, его всё ещё изображают вполне современной личностью.
Верно. И я думаю, это дань нашего восхищения им. Он кажется первым современным человеком, первым современным художником, первым, кто появился из того мира усатых Теннисонов и Лонгфелло. Он помог нам узнать, как выйти из-под гипноза поклонения знаменитостям. И что значит чувство вины из-за столь явного участия в вознесении или низвержении людей, которыми мы восхищаемся – людей, которых мы думаем, что знаем, но на самом деле - нет. Например, культ принцессы Дианы или неуместные вещи, которые произошли недавно с Полом Маккартни или Джорджем Майклом. В конце этого века, если мы молоды или хотим оставаться молодыми, у нас появляется импульс оставаться вечными студентами. Это значит, что мы не позволим нашим работодателям, нашей семье или нашему положению в обществе подавлять нас. Мы всегда готовы погрузиться в самоанализ. Уайлд выступал за эту самореализацию, этот девиз древних греков: "Познай себя". Когда мы оглядываемся на двадцатый век, мы видим его как своего рода сужающийся коридор, наполненный дымом, облаками атомных взрывов, булыжниками Берлинской стены – и все личности, казавшиеся такими великим и могущественными, рядом с нами теряют смысл. Когда мы были молодыми, Че Гевара, нарисованный на стене, говорил нам о чем-то. Была вера в то, что политика могла изменить мир, что бунтари могли оказать сопротивление. Но сейчас Джеймс Дин и Марлон Брандо – не более, чем звезды китча. Уайльд – это нечто большее, чем слоган на футболке, он реальная "икона". Поэтому студенты, в частности, восхищены Уайльдом, и сейчас более, чем когда либо – потому что искусство внезапно стало более значимым, чем политика, более действенным способом изменить мир.
Уайльда часто изображают не только как блестяще остроумного, но как и очень надменного человека. Но в Вашем изображении он сама невинность, чуть было не жертва собственной щедрости. Вы думаете, он именно такой?
Да, это определенно соответствует моим впечатлениям. Я давно уже думал – и был реабилитирован биографией Ричарда Эллмана, по которой и снят фильм – что Оскар был предельно добр. У него был очень мягкий характер, он был щедр и духом и телом. Этот взгляд на него – образ, почти легенда – как на эдакого позирующего манерного хрупкого задаваку был создан после судебного процесса. Тому нет никаких подтверждений.
Даже наименее любезные из его современников – такие люди, как Джордж Бернард Шоу – называли его гигантом. Бернард Шоу никогда не сказал бы так, если бы Уайльд был обычным пустословом, который без конца сочится эпиграммами. Я думаю, Шоу бы стошнило от такого зрелища.
По некоторым отзывам, склонность к семейной жизни стала причиной гибели Уайльда. Не полагаете ли Вы, что в понятии "приспособившийся художник" заложено противоречие?
Да. Я думаю, любое выказывание в прошедшем времени неверно о человеке творческом. Наверное есть такое явление, как "удачно-приспосабливающийся" художник, тот, кто постоянно приспосабливается. Но в случае с человеком творчества нельзя говорить о завершенности – они никогда не останавливаются. С художником, который остановился в развитии, скорее всего, покончено. Уайлд не был, к примеру, гомосексуалистом – он не был шаблоном. Настоящий художник всегда в процессе изменения.
Но Уайльд ощущал себя геем?
Нет, мне так не кажется. Он говорил о своей природе – он понимал, что такое человеческая природа, что толкает людей заниматься сексом с человеком своего пола. Он не был идиотом – он прекрасно знал, что есть такая вещь как сексуальная ориентация, но существительное "гомосексуалист" ещё не существовало в Европе. Я думаю, у Уайлда было некоторое преимущество – он жил в то время, когда людей не обозначали одним словом. Им не навешивали ярлыков. В то время как он осознавал свою природу и не стыдился её, он не кричал о ней на всех перекрестках, как современные актеры с гомосексуальной чувственностью по типу Ларри Крамера. И я думаю у тех, кто хотят найти это в Оскаре, ничего не получится. Вы можете с таким же успехом интересоваться, почему у Оскара нет веб-сайта. Он был более зрелый, чем наше время. Я имею в виду, его мало интересовали грехи плоти, или он понимал, что это не так уж и важно, называете ли вы их грехами плоти или нет. Единственное, что важно – это грехи духа. В этом смысле Оскара можно назвать религиозным. Вот что иронично – религиозные люди озабочены грехами плоти, но против этих грехов Христос ничего не имел бы против. Что вы там делаете со своим пенисом или задницей, и чем-либо ещё так неважно в плане морали. Имеет значение то, что мы делаем с нашим личностями или с другими людьми.
Когда вы решили написать роман, в котором предполагается, что в мире была бы гораздо более трудная обстановка, если бы не появился Гитлер, вы знали, что оскорбите чувства многих людей. Рецензия Мичико Какутани (Michiko Kakutani) на Ваш роман "Делая историю" в "Нью-Йорк Таймс", к примеру, отвергает его на основании морали.
Что делает эту рецензию аморальной, по-моему. Проблема нашего времени в том, что существуют только моральный догматизм, и при этом апатия разума – и это для меня аморально. Я был расстроен рецензией в "Нью-Йорк Таймс" не потому, что она была негативной – у автора были все права не полюбить книгу. Я был глубоко огорчен тем, что её аргументы были слабы в интеллектуальном и духовном плане. К примеру, мой издатель попросил, чтобы на книге была наклейка, что я еврей, и что многие из моей семьи умерли во времена Холокоста. И я отказался, потому что я думаю, что неприемлемо выпячивать такие факты, чтобы книгу хорошо приняли. И у меня остается ужасное чувство, что если бы я поместил эту наклейку, она (Мичико Какутани) не написала бы эту рецензию. Я ни в какой мере не задумывал книгу как комическую, а она говорит о "подражании Мелу Бруксу" и так далее. Я не думаю, что это комическая книга – эта книга с элементами комедии, потому что жизнь сама имеет элементы комедии. Парадокс существования людей без чувства юмора не в том, что они не видят смешного в вещах, а в том, что они видят смешное в тех вещах, которые не смешны, потому что они настолько привыкли к отсутствию чувства юмора, что излишне пытаются его компенсировать.
Так чего Вы пытались добиться?
Было несколько вещей, которых я пытался добиться – некоторые из них были очень личными. Как и большинство евреев, я вырос, глядя на семейные фотографии и видя определенных людей – "Вот твой дядя – его убил Гитлер". Евреи говорят так: "Его убил Гитлер". Герой пытается попасть в историю, он пытается изменить её. Это бы спросили у первокурсника факультета философии в курсе этики или философии. Двадцатый век. Геноцид. Шесть миллионов убитых. Один сперматозоид оплодотворил одну яйцеклетку – и из-за этого все и случилось? Если бы тот сперматозоид не оплодотворил ту яйцеклетку, мы могли бы быть уверены, что мир стал бы лучше? Очевидно, что Ваши книги изобилуют юмором. Американцев обвиняют в том, что у них менее утонченное чувство юмора, чем у англичан – вы согласны с этим утверждением? Англичане всегда поздравляют себя с тем, что по их мнению, у американцев просто нет той железы, которая вырабатывает чувство юмора. В этом есть доля правды, так как ирония – это составная часть понятия "англичанин". Американский юмор – это насыщенность, потрясающая точность, неважно комедия ли это положений или писатель-юморист – оперирует абсолютными понятиями. Это очень по-уайльдовски. Люди иногда не замечают, как лингвистически точен юмор великих американских комиков. Американцы часто осуждают себя за неряшливое обращение с языком – но это неправда. Американский юмор может быть блестящим.
Когда же дело касается литературы, американские романисты, в своем желании занять место в литературном пантеоне рядом с Флоберами и к они забывают, что Диккенс и Джойс были юмористами, комедийными романистами. Джейн Остин писала комедии. Шекспир изначально был комиком. Американцы думают, что чем более ты серьезен, тем лучшим вкусом ты обладаешь. В этом то и заключена ужасная ошибка. Это одна из проблем непрошибаемого стиля Хэмингуэя, который не узнал бы юмора, даже если бы пришел домой и увидел его в постели со своей женой.
http://ancik.narod.ru/Frysite4b.htm
Моав -умывальная чаша моя.
Мужеложество распространено в мире геев совсем не так широко, как полагают многие. Не исключенно даже, что анальному сексу отводиться в гомосексуальных отношениях место не большее, чем в гетеросексуальных.
Мужеложество - это отнюдь не завершение выложенной желтым кирпичом дороги, которая уходит вдаль под гомосексуальной радугой, не цель, не желанная награда, не окончательное разрешение гомосексуальности. Мужеложество не есть достижение, посредством коего утверждается гомосексуалист, оно вовсе не является его самореализацией или конечной участью. Мужеложество является для гомосексуалиста частью существования, необходимой настолько же, насколько обладание пикапом "вольво" составляет необходимую часть жизни семейства из среднего класса, - неразрывная связь между тем и другим существует только в сознании дешевых тупиц. Занятие мужеложеством неотделимо от гомосексуальности примерно в той же мере, в какой молочный коктейль с апельсиновым соком неотделим от обычного обеда: кто-то может, выпив его, немедля потребовать добавки, кто-то к нему и притрагиваться не станет, а кто-то, сделав один глоток, тут же побежит в уборную - блевать.
В гомосексуальном мире пристствует масса вещей, нисколько с анальным отверстием не связанных; понятие же, которое и впрямь пронимает ненавистника геев до самых кишок, идея, которая выводит его из себя и выворачивает наизнанку его желудок, - это самое страшное и пугающее из усвоенных человечеством понятий - понятие Любви.
Чего на самом деле не способен вынести гомофоб, так это мысли о Любви одного человека к другому, принадлежащему к одному
с ним полу. Любви во всех восьми тонах и пяти полутонах полной октавы нашего мира. Любви чистой, эроса и филоса; любви как романтики,
дружбы и обожания; любви как наваждения, вожделения, одержимости; любви как муки, эйфории, исступления и самозабвения
(все это начинает смахивать на каталог духов Кельвина Кляйна); любви как жажды, страсти и желания.
А все прочее - члены, втыкаемые в задницу, сечение хлыстом, обжимание, помешательство на моче и экскрементах, собачьи позы, одежды из пластика и кожы - все это присутствует также и в мире мужчин и женщин, и нечего тут вилять, присутствует в количествах намного больших, о чем и свидетельствует статистика.
Зайдите в секс-шоп, поройтесь в первой попавшейся порнографии, порыскайте по Интернету, поговорите с человеком, работающим в индустрии секса.
Гомосексуальность представляется вам отвратительной? Но из этого следует, так же как ночь следует за днем, что вам представляется отвратительной телесная любовь, поскольку между двумя мужчинами - да и двумя женщинами, если на то пошло, - не происходит, по объективным меркам, ничего, отличного от происходящего между мужчиной и женщиной.
Более того, так и хочется задать всем этим Тони Марлоу, Перегринам Ворстхорнам и Полам Джонсонам вопрос: а сами-то вы такого рода опытом обладаете? Спросите у себя, какие мысли роятся в вашей голове, когда вы онанируете. Если сам физический акт и его подробности имеют для вас значение большее, чем любовь, - обратитесь к врачу, но не выплевывайте ваши тошноты в газетные столбцы, это нехорошо, не по-доброму и не по-христиански.
И если лучшее, на что вы способны, это цитировать, отстаивая свои предубеждения, Библию, так проявите смирение и будьте последовательными. Эта же самая книга, в которой сказано, что мужчина, ложащийся с мужчиной, делает мерзость, призывает вас не есть свинину и моллюсков, не подпускать женщину в пору менструации к святым местам..
Функционалисты могут говорить о том, что кошерная диета имела обоснования чисто местные, метеорологические, каковые теперь отсутствуют; что предубеждения, связанные с овуляцией, носили характер суеверия, но ведь Библия, который вы лупите нас по головам, объявляет нечистым большую часть того, что делаете вы сами, - так не выбирайте из богооткровенного текста только то, что вам по душе, а если начинаете выбирать, тогда уж ограничьтесь местами самыми лучшими, ну, скажем, рекомендациями наподобие "кто из вас без греха, первый брось в нее камень" или "возлюби ближнего твоего, как самого себя".
И прошу, делайте что хотите, но не говорите нам, будто то, что делаем мы -в любви или похоти, - неестественно. Поскольку если вы хотите этим сказать, что животные так не поступают, то просто-напросто демонстрируете фактическую неосведомленность.
Если вы настолько малоумны, что полагаете, будто человек не является частью природы, или настолько тупы, что верите, будто слово "естественный" означает "всякое естество, помимо человеческого", то мы готовы представить вам обширный список деяний и качеств, которые естественными с совершенной определенностью не являются:
милосердие, например, неестественно;
альтруизм, забота о представителях других животных видов и любовь к этим представителям неестественны;
благотворительность неестественна,
добродетель тоже - даже сама идея добродетели оказывается неестественной в этом дурацком, бессмысленном значении слова "естественный", вот в чем вся штука.
Животные, бедняжки, кушают друг друга, чтобы выжить, - мы, везунчики, проделываем то же самое, однако у нас имеются еще и сухарики, "Арманьяк", selle d'agneau (седло барашка), чипсы, sauce bearnaise (беарнский соус), фруктовые соки, горячие намасленные блины, "Шато Марго", имбирное печенье, risotto nero (черное ризотто) и сэндвичи с арахисовым маслом. К выживанию все это никакого отношения не имеет, зато имеет к удовольствию, вкусовым изыскам и доброму старому обжорству. Животные, бедняжки, совокупляются ради продолжения рода - мы, везунчики, проделываем то же самое, однако у нас имеются еще и соблазнительные одеяния, журнальчики для дрочил, кожанные плети, стриптиз, статуэтки Дега, порнофильмы, Том Финляндский, эскорт-агенства и "Дневники" Анаис Нин. К продолжению рода все это никакого отношения не имеет, зато имеет к удовольствию, вкусовым изыскам и доброй старой похоти. Мы, человеческие существа, создали во множестве сфер нашей жизни широкий выбор буквальных и метафорических haute cuisine (изысканная кухня) и полуфабрикатов; собственно говоря, в наказание за то, что мы вкусили от плодов райского древа, нас и вытурили из Эдема, наградив напоследок двумя ужасными еврейскими напастями - несварением желудка и чувством вины.
Я готов просить прощения за многое из сделанного мною, однако просить прощения за то, что ни в каком прощении не нуждается, не собираюсь. У меня имеется теория, которая в последнее время все вертится и вертится у меня в голове, - согласно этой теории большая часть бед нашего глупого и упоительного мира проистекает из того, что мы то и дело извиняемся за то, за что извиняться ничуть не следует, а вот за то, за что следует, извиняться считаем не обязательным.
Мне следует просить прощения за вероломство, пренебрежение, обман, жестокость, отсутствие доброты, тщеславие и низость, но не за побуждения, внушенные мне моими гениталиями, и уж тем более не за сердечные порывы. Я могу сожалеть об этих порывах, горько о них сокрушаться, а по временам ругать их, клясть и посылать к чертовой матери, но извиняться - нет, при условии, что они никому не приносят вреда. Культура, которая требует, чтобы люди просили прощения за то, в чем они не повинны, - вот вам хорошее определение тирании, как я её понимаю.
http://www.livejournal.ru/themes/id/13621
|
