Дословный транскрипт на русском языке

ДЛ: Джонни, Джонни, Джонни, как дела?

ДД: Я – хорошо.

ДЛ: Рад видеть тебя, мой друг.

ДД: Я тоже.

ДЛ: Как… Как прошло твое лето? Что ты делал? Ты работал?

ДД: Я работал. Довольно много.

ДЛ: Делал фильмы?

ДД: Я сделал один фильм, да.

ДЛ: какой фильм ты сделал?

ДД: Я сделал фильм, еще один фильм с Тимом Бертоном, под названием «Мрачные тени».

ДЛ: «Мрачные тени»? Фильм о вампирах?

ДД: В некотором роде, да.

ДЛ: Как твоя семья?

ДД: Они замечательно.

ДЛ: Как девочка? Она выросла подростком, и еще 9-летний.

ДД: Моей девочке 12.

ДЛ: Мальчик и девочка?

ДД: Да. И моему мальчику 9. *чешет ухо* Они растут так быстро.

ДЛ: Я помню, что когда твои дети были намного младше, ты описывал их так, что за ними ухаживать – словно ухаживать за маленькими пьяницами.

ДД: Да. Тот синдром. Как пьяные.

ДЛ: И как это эволюционировало? Я надеюсь, это эволюционировало. Как это все сейчас?

ДД: Они немного менее пьяны. Но до сих пор пошатываются.

ДЛ: О чем я ни прошу своих – я слышу в ответ «нет», особенно в случае с мальчиком.

ДД: Да. Только «Нет» и «Почему?».

ДЛ: О, да! Поверь мне, я не насмехаюсь.

ДД: Бесконечное «Почему?»

ДЛ: А девочка? Она в старшей школе, да?

ДД: Да, она в младшем звене старшей школы. *чешет ухо* Она девственница в подростковой поре, а это пугает. На самом деле пугает. Макияж и все такое…

ДЛ: Макияж – это, поверь мне, то о чем не стоит беспокоиться. Это бесполезно.

ДД: Да, я знаю. Она… она довольно ошеломительная. У меня большая неприятность.

ДЛ: А что, если однажды она придет и скажет: «Папа, я провела 14 лет, восторгаясь твоим боди-артом, и…»

ДД: *смеется*

ДЛ: Что ты будешь делать тогда?

ДД: Мой страх – это то, что она приведет домой кого-то, чьим боди-артом будет восторгаться. Это мой страх.

ДЛ: Ох, мужик! И дети проводят равное время в Калифорнии, а также во Франции?

ДД: Да.

ДЛ: Это довольно суетно для детей. Это как-то проявляет себя? Или дети – это дети? Они говорят по-французски, верно?

ДД: *чешет ухо* Да. Они билингвальны. Они переключаются мгновенно. У них нет американского акцента, когда они говорят по-французски, у них нет французского акцента, когда они говорят по-американски.

ДЛ: Ты знаешь, видят они сны по-английски или по-французски?

ДД: Ты знаешь, я не знаю этого. Но! Я иногда вижу сны по-французски. *хитро усмехается*

ДЛ: Мне говорили, что ты немного изучал язык.

ДД: Да.

ДЛ: Ну вот, повезло!

*смех*

ДЛ: Твоей дочери нравится Джастин Бибер?

ДД: О, да. Но я не уверен, что чьей-либо дочери он не нравится.

ДЛ: Он из шоу-бизнеса, ты из шоу-бизнеса. Вы пересекались?

ДД: Да, есть такая странная связь. Я встречал этого юношу. Очень милый ребенок.

ДЛ: Как ты встретил его?

ДД: *чешет ухо* Он играл концерт. И моя дочь Лили-Роуз отчаянно хотела попасть на его шоу. И мы раздобыли билеты, и приглашения, и все такое. И на этом шоу я был ему представлен. И было так странно видеть своего ребенка вот такой вот застывшей *показывает ступор и дрожь*

ДЛ: Когда ты был в ее возрасте, был кто-то, кто производил такой же эффект на тебя?

ДД: Нет.

ДЛ: Так а что это за слово – билибер? Это как: Джастин – билив - бибер? А то я думал, может это его имя по-немецки. Билибер Бибер.

ДД: Я знаю. Я был шокирован, когда, ты знаешь, я делал пресс-конференцию для «Ренго» и, я не помню, где, один из журналистов в аудитории спросил меня, являюсь ли я билибером. И я подумал, может у него какие-то… *показывает на рот, имея в виду дефекты дикции*

ДЛ: Неплохая догадка.

ДД: *чешет ухо* Я был смущен. А потом… Да! Выстрелили в голове синонимы. И я понял, о чем он говорит. Поэтому я сказал: «Да, конечно, я огромный билибер». А потом, примерно три с половиной секунды спустя, справа в комнату вошел Джастин Бибер.

ДЛ: Как они это сделали?

ДД: Я совершенно не знаю! Может быть, они его вызвали. Я не знаю, что это было!

ДЛ: Я думаю, все так и было. Как будто он просто так там оказался.

ДД: Да, как будто случайно оказался.

ДЛ: Я очарован Хантером Томпсоном и твоей с ним дружбой, и фильм, который я видел вчера вечером на премьере… Кстати, как прошла премьера?

ДД: О! Она прошла очень хорошо.

ДЛ: Я знаю, что тебе некомфортно смотреть на самого себя на экране. Что же ты делал?

ДД: Я не смотрел его.

ДЛ: У нас тут есть фото *показывает фото, как Джерри оттаскивает Джонни на премьере РД в НЙ* Если было преступление, то у меня есть улики. Это ты на премьере. С тобой все в порядке?

ДД: Это он делал со мной этот сельский маневр… У меня кусок мяса животного застрял в горле и…

ДЛ: Все в порядке уже сейчас?

ДД: Да, все хорошо.

ДЛ: Это фото, конечно… На него можно продавать билеты.

*смех*

ДЛ: В фильме мы видим тебя без татуировок.

ДД:Да, есть блестящий парень по гриму, который скрывал все это

ДЛ: Каково это – грим каждый день по всему телу?

ДД: Да, когда ты там стоишь в своих боксерах, все покрыто им.

ДЛ: Ты был другом Хантера Томпсона в конце его жизни. Какой самый главный момент, почему ты сыграл Хантера Томпсона?

ДД: Для меня это был, без вопросов, один из наиболее важных писателей 20 века. Он изобрел заново стиль письма, поместив себя в ситуацию, живя этим.

ДЛ: Гонзо-журналистика. Она была плодородна или нет?

ДД: Очень плодородна на протяжении очень длительного времени. В конце его жизни он словно странно завернул.

ДЛ: Что Хантер делал бы сейчас, будь он жив?

ДД: Да, он был очень непредсказуем во всех возможных ситуациях. Когда я впервые встретил его впервые, мне довелось быть в Аспене в декабре 1994 года я получил приглашение от общего друга: «Если ты хочешь познакомиться с Хантером, приходи в таверну «Вуди Крик». В полночь или типа того. Я пришел в таверну, сел в самое отдаленное место, что смог найти, чтобы быть невидимым, и примерно в час сорок ночи центральная дверь открылась, и я буквально увидел вспышки. Вспышки. Потом я увидел людей, кидающихся в стороны с его пути, море разверзлось, люди отпрыгивали, отныривали, отбрасывали себя в безопасные места. И я услышал: «Прочь с моего пути, вы, ублюдки!» Когда он подошел ближе, я обнаружил, что у него в левой руке трехфутовый электрошокер для скота.

ДЛ: И вы попытались подружиться. Кроме этого, каким парнем он был под всем этим?

ДД: Он был удивительным парнем, он был блестящий. Невероятно саркастичный, я имею в виду, он был очень-очень скор на язык, очень забавный. Он был… он просто хотел веселиться. И он веселился. Он полностью диктовал сам себе, как собирается прожить свою жизнь, и, ты знаешь…

ДД: Он ощущал себя не на той планете? Или его это не заботило, что о нем думают?

ДД: Он не дал бы крысиной задницы за это.

*реклама* ДЛ: Ты жил и проводил время в Венеции.

ДД: В Италии?

ДЛ: Да. У тебя есть там собственность?

ДД: Нет. Это был странный слух.

ДЛ: Но я тоже так думал. Люди показывали пальцем и говорили: «Здесь живет Джонни Депп».

ДД: Хотел бы я. Но нет.

ДЛ: Это немного грустная тема. Потому что это вроде как умирающий город. Весь этот туризм. Культура угасает.

ДД: Да. Я бы не мог ничего хорошего сказать о той воде.

ДЛ: А этот фильм… Где ты снимал его?

ДД: В Сан-Хуане, в Пуэрто Рико.

ДЛ : Он автобиографичен?

ДД: Да. Это в основном Хантер в 1959-1960 годах, Хантер периода до «Страха и отвращения», до «Ангелов ада», который пытался найти свой голос. Пытался найти выход для своего гнева.

ДЛ: В фильме он работает в газете. Это была его первая работа?

ДД: Да. До того, как он работал на «Сан-Хуан Стар», он работал там на «Боулинг Журнал».

ДЛ: Неужели на это подписывались боулеры Пуэрто-Рико?

ДД: Вероятно, только Хантер.

ДЛ: Как долго снимался фильм?

ДД: Довольно быстро, пару месяцев.

ДЛ: Это выглядит фантастически.

ДД: Спасибо.

ДЛ: Это создает ностальгию по тому времени, которого никогда не было в моей жизни. Понимаешь, о чем я?

ДД: После того, как Хантер умер, покончил с собой, по чему ты скучал больше всего?

ДД: Ох, ты знаешь, Господи Иисусе, по всему…

ДЛ: Вы регулярно беседовали?

ДД: Определенно. Я думаю, что больше всего я скучал по тем телефонным звонкам в три часа ночи, когда он говорил… он называл меня «полковник», «полковник Депп»…

ДЛ: Почему бы нет!

ДД: Он сделал меня официально полковником Кентукки.

ДЛ: О да, я вижу.

ДД: Я очень гордился этим. Но я не думаю, что сделать это очень сложно.

ДЛ: Он из Кентукки?

ДД: Да.

ДЛ: Ну, значит у него была такая власть.

ДД: У нас была такого рода связь. И вот, звонки в три часа ночи. «Полковник, просыпайся, мужик! Что ты знаешь о болезни черного волосатого языка?!» «Прости?…» «Болезнь черного волосатого языка. Мужик, она везде. Мы должны избежать ее». «Конечно, мы должны». Такого рода вещи.

ДЛ: И это был весь разговор?

ДД: Нет, он потом продолжался.

ДЛ: Этот роман был опубликован в 1998, а до этого много лет лежал.

ДД: Хантер написал эту вещь. Хантер хотел написать великий американский роман, или, как он назвал это позже, великий пуэрто-риканский роман. В 1997 году мы искали рукопись «Страха и отвращения», и этот процесс состоял из безумия всех видов – салфетки для коктейлей, засохшие жвачки… Все это среди его великолепных пассажей. Я отодвинул эти коробки, открыл очередную коробку, и там был «Ромовый дневник». Мы начали… Мы сели на пол со скрещенными ногами и стали читать эту вещь. Он сказал: «Мужик, это очень хорошо, не так ли?» Я сказал: «Да, так и есть». И он сказал: «Мы должны сделать фильм!» А я ему: «Может, ты сначала опубликуешь его?» Я не думаю, что он видел его с 1959 года.

ДЛ: Сейчас будет клип из фильма, который выходит завтра. Что мы должны узнать о нем?

ДД: Я думаю, что это после того, как нам серьезно не повезло, после того, как нашу машину раздели, я думаю, это .… Да!

*клип с двусмысленной сценой в машине*

ДЛ: Сложный способ развлекаться в Пуэрто-Рико!

*смех*

ДЛ: В фильме персонаж носит с собой томик «Поэмы о старом моряке» Колриджа. Хантер был одержим этим, или это из сценария?

ДД: Нет. Хантер был одержим Колриджем и всеми этими великими писателями, которые принесли радикально новое…

ДЛ: В фильме есть слова о том, что Колридж это написал до 30 лет, даже моложе…

ДД: Он был довольно плохой янки.

ДЛ: Употреблял наркотики и все такое…

*монтажная склейка*

Я бы дал тебе сто баксов за твою шляпу.

ДД: Она твоя!

***

Использование текста обязательно со ссылкой на источник burtonland.ru

Расшифровка и перевод Helga