«У меня даже и в мыслях не было стать актером. Во всяком случае в ранние годы. Решение пришло потом само собой. Просто я переехал в Лос-Анджелес со своей музыкальной группой "The Kids". Моя бывшая жена представила меня актеру Николасу Кейджу, и мы с ним разговорились. Николас убедил меня попробовать сниматься и посмотреть, что будет потом. Это было время, когда был большой напряг в средствах. Хотя и приходилось перебираться из клуба в клуб со своей музыкальной группой, все же у меня оставалось немного свободного времени. Так я решил последовать совету Ника. Ник устраивает встречу со своим агентом, которая предложила мне вариант». Джонни Депп

Существует группа парней, шесть человек, на безымянных пальцах которых надеты одинаковые кольца с черепами, означающие – помни о смерти. Помни, что жить нужно здесь и сейчас. Шесть человек – шесть друзей – Джонни Депп, Игги Поп, Кит Ричардс, Джим Джармуш, Джонатан Шоу и Николас Кейдж. Кольца эти они надели во время одной из вечеринок в 1993 году и носят их до сегодняшнего дня.

http://johnnytim.com/temaj/fakty/rings/bratstvo/bratstvo.html

С Джонни Деппом Николас Кейдж познакомился в 1983 году. Существует расхожая история их знакомства. Мол, познакомила Ника и Джонни Лори Энн Эллисон, жена Джонни, которая работала гримером в одной из киностудий. Так же существует версия, что Николас стал причиной развода супругов. Правда, вот после развода, Джонни и Ник стали друзьями, и даже существует версия, что Джонни некоторое время жил с Николасом. Ни тот ни другой, ни тем более, Лори Энн, не рассказывают, что там было на самом деле.

Достоверен один только факт – именно Николас Кейдж дал первый толчок в карьере Джонни. Несмотря на то, что Ник моложе своего друга на год, ко времени знакомства с Джонни, он уже был достаточно известным актером. В большей степени этому способствовал его талант и личные данные, нежели его родственные связи в кинобизнесе.

МАЛЬЧИКУ, появившемуся на свет в канун православного Рождества в 1964 году родство с великим Фрэнсисом Фордом Копполой доставляло больше хлопот, чем привилегий. Маленький Николас Ким Коппола с детских лет чувствовал давление великой кинодинастии, членом которой его угораздило родиться. Его дед был великим композитором, дядя — одним из самых влиятельных режиссеров (на его счету такие картины, как «Крестный отец» и «Апокалипсис сегодня»), старший брат стал актером, а средний пробовал силы в режиссуре.

Родители Ника тоже были людьми творческими: отец преподавал литературу, а мать работала хореографом. Джой Фогсленг и Август Коппола жили яркой и насыщенной жизнью, в которой не всегда находилось время для детей. Когда Ник был совсем маленьким, его мать лечилась от затяжной депрессии в психиатрической лечебнице, а после прописанного врачами электрошока у женщины начались проблемы с памятью. Отношения мальчика с отцом заметно ухудшились после того, как во время очередной семейной драмы Джой заявила мужу, что Ник не его сын.

Никто не спрашивал Николаса, кем он хочет стать, когда вырастет. И так было понятно — мальчику суждено продолжить дело семьи. Нельзя сказать, что подобная перспектива радовала самого Ника, который отчаянно мечтал стать моряком. Юноша сопротивлялся, не желая мириться с «решением семьи». Получив на день рождения видеокамеру, он демонстративно отказывался распаковывать подарок.

Но, несмотря на бунтарский характер Николаса, гены сделали свое дело: мальчик был одним из лучших учеников класса драмы в средней школе Беверли-Хиллз, а по окончании учебы пошел работать на киностудию своего дяди, где окончательно увлекся кино. Устроившись на время каникул на актерские курсы, Николас решил оставить учебу. Сдал экзамены экстерном и в 1981 году дебютировал в телесериале «Лучшие времена», а в 1983 году сыграл рок-музыканта с огненно рыжими волосами в фильме «Девушка из долины». Парень был готов участвовать в любых, даже самых сомнительных постановках, меньше всего ему хотелось играть роль «племянника великого Копполы». Так на свет появился Николас Кейдж, заменивший собой Николаса Кима Копполу.

ЮНОША творчески подошел к выбору псевдонима. Любовь Ника к Бэтмену, Супермену и прочим героям комиксов оказалась гораздо сильнее его преданности семье, поэтому парень решил «породниться» с Люком Кейджем — гротескным персонажем с каменными кулаками и стальной грудью. Николас видел много общего между собой и фантастическим уродцем: оба стыдились своей странной внешности, но при этом были настоящими героями.

Глядя на долговязого юношу с печальными и одновременно насмешливыми глазами, режиссеры телесериалов меньше всего могли подумать, что этот чудак является членом «клана Копполы». Парень с неброской внешностью, дурацкой фамилией и более чем скромными актерскими дарованиями часами просиживал под дверями режиссеров и радовался любым предложениям о работе.

Фрэнсис Форд Коппола последним узнал, что племянник взял псевдоним и задумал стать великим лицедеем. Выяснилось это, когда режиссер обнаружил среди фотографий актеров, отобранных для его нового фильма «Бойцовская рыбка», снимок Ника. Кейдж добился того, чего хотел: работу у Копполы он получил на общих основаниях. К сожалению, дядя не оценил принципиальности Кейджа. «Фрэнсис сделал 42 дубля сцены с моим участием, — вспоминал потом Николас, — 42 раза заставил меня повторить один и тот же отрывок! А потом позвонил моему отцу и сказал, что из меня хорошего актера не выйдет».

Медленно, но верно Кейдж шел к намеченной цели: после провального фильма «Пегги Сью вышла замуж» он оказался на съемочной площадке «Власть луны». Получить роль в романтической мелодраме Нику помогла певица Шер, которая, увидев запись проб актера, настояла на том, чтобы продюсеры остановились именно на его кандидатуре. Когда во время репетиций Николас начал швыряться стульями, пытаясь войти в роль, женщина поняла, что не ошиблась в нем.

МЕТОД Станиславского в интерпретации актера шокировал режиссеров и коллег по цеху. Во время съемок в фильме «Поцелуй вампира», где Ник играл сошедшего с ума писателя, он съел настоящего таракана, отказавшись от бутафорского жука. Все, кто находился в тот момент на съемочной площадке, остолбенели от ужаса, когда Николас, дожевав принесенное в спичечном коробке насекомое, улыбнулся: «Я хотел, чтобы все было без дураков. Как еще можно заставить зрителя поверить в то, что у героя поехала крыша?»

Ради «Птахи» режиссера Алана Паркера актер попросил вырвать ему два здоровых зуба без наркоза, а готовясь к съемкам в фильме «Воскрешая мертвецов», Николас круглосуточно дежурил с бригадой врачей. Разумеется, когда встал вопрос, кто сможет сыграть романтика-убийцу Сейлора Рипли в картине Дэвида Линча «Дикие сердцем», никто не сомневался, что роль нужно отдать чудаку Кейджу. Именно после этой работы имя актера стало синонимом «талантливого безумца». Признания осталось ждать совсем недолго: за роль в картине «Покидая Лас-Вегас» Кейдж получил «Оскара».

СО СВОЕЙ первой женой актрисой Патрисией Аркетт Кейдж познакомился в 1987 году в кафе «Кантер» и уже через час общения сделал девушке предложение. Вместо того чтобы обозвать парня безумцем, Патрисия поддержала шутку и поставила перед Кейджем три невыполнимых условия: в качестве свадебного подарка актриса потребовала черную орхидею, какой не существует в природе, автограф Сэлинджера (известно, что писатель никогда и ничего не писал от руки) и свадебный наряд женщины племени лису из Юго-Восточной Азии.

Николаса ничуть не смутили требования Аркетт: цветок он покрасил из пульверизатора, записку Сэлинджера выкупил за (долларов)2500 у неизвестного коллекционера, а от платья Аркетт уже сама отказалась, находясь под впечатлением от экстравагантных поступков кавалера. Отступать было некуда, и Патрисия дала согласие на свадьбу, которую Кейдж задумал отпраздновать на Кубе.

Наверняка актер сумел бы довести начатую с Аркетт игру до конца, если бы не компьютерный сбой, в результате которого пара не смогла выкупить билеты на самолет. Николас закатил грандиозный скандал сотрудникам аэропорта, а девушка, воспользовавшись ситуацией, сбежала.

Встретились влюбленные лишь 8 лет спустя. Пожалев о том, как глупо она упустила такого интересного, а теперь еще и богатого парня, Аркетт сделала все, чтобы добиться Николаса, который на тот момент был обручен с моделью Кирстен Занг (за время разлуки актриса успела сходить замуж за бизнесмена Пола Росси и родить сына Энцо).

8 апреля 1995 года 27-летняя Патрисия и 31-летний Николас поженились. Пара Кейдж — Аркетт получила статус самой странной голливудской семьи. Казалось, актеры идеально подходят друг другу. Оба талантливые, своенравные и с богатой на громкие имена родословной (дед Патрисии был популярным комиком и телеведущим, отец и сестра — актерами).

При этом их брак сложно было назвать образцово-показательным: большую часть времени супруги жили в разных домах, тратили половину заработанных денег на пополнение коллекции редких автомобилей (Кейдж выложил (долларов)440 000 за «Ламборджини Миуру», ранее принадлежавшую иранскому шейху), играли вместе в кино и ссорились прямо на съемочной площадке. При этом Кейдж не раз заявлял, что они с Патрисией — родственные души, которым суждено было найти друг друга.

Брак этой чудаковатой парочки, где муж ради достоверности роли ел живых тараканов, а жена во времена бурной молодости сбегала из дома и брилась налысо, просуществовал шесть лет и был расторгнут 18 мая 2001 года. Причиной развода традиционно явилась «несовместимость характеров», а на суде Кейдж утверждал, что их супружеские отношения продолжались всего 9 месяцев.

ВТОРОЙ женой Кейджа стала самая завидная невеста Америки — единственная дочь короля рок-н-ролла Лиза Мария Пресли. Обстоятельства знакомства Пресли и актера не предвещали романтического продолжения. Кейдж не придумал ничего более оригинального, чем нарядиться Элвисом, что вывело Лизу Марию из себя. «За всю жизнь я не встретила ни одного человека, который бы при встрече говорил со мной о чем-нибудь, кроме моего отца», — сказала Пресли.

Наследница (долларов)100-миллионного состояния, бывшая жена музыканта Дэни Киоха и поп-иконы Майкла Джексона славилась дурным характером. Но это ничуть не смущало Кейджа. Известие о том, что главный авантюрист Голливуда и самая выгодная невеста Америки женятся, наделало много шума. Свадьба состоялась на курорте «Мауна Лани» на Гавайях в 25-ю годовщину со дня смерти короля рок-н-ролла.

На церемонию было приглашено всего 20 гостей, среди которых оказались дети молодоженов, самые близкие друзья, вдова Элвиса Пресли и ни одного журналиста. Место для церемонии было выбрано неслучайно: именно здесь в свое время отец невесты снял одну из своих знаменитых картин — музыкальную комедию «Голубые Гавайи».

А спустя 109 дней после королевских торжеств на Гавайях пара подала на развод. Кейдж, начавший строительство дома за (долларов)8 млн. в Беверли-Хиллз, где планировал поселиться с молодой женой, хранил молчание, а Лиза Мария Пресли заявила, что решение пожениться было ошибкой. По слухам, причина конфликта заключалась в том, что жена замахнулась на самое ценное, что было у Кейджа, — настаивала, чтобы актер избавился от своих раритетных автомобилей и коллекции комиксов.

Для человека, который променял фамилию Коппола на Кейдж и приобрел на аукционе сборник историй о Супермене 1938 года за (долларов)1,5 млн., подобное требование могло стать достаточным поводом для развода. «Это типичная ситуация, когда двое слишком упрямы, чтобы уступить, — скажет Ник спустя год после развода с Лизой Марией. — Что поделать, ей не нравилось, что я много работаю, люблю машины и комиксы».

«Кто-то пьет или колется, а я сажусь за руль и два часа ношусь со скоростью 160 км/ч, думая только о том, чтобы выжить»АКТЕР, член клуба «20 миллионов» (именно столько Ник получает за роль) всерьез верит в то, что комиксы играют важнейшую роль в истории Америки. «У греков была своя мифология, а у нас — своя, — рассуждает он, — Микки-Маус, Супермен и кока-кола — это то, чем мы действительно можем гордиться».

На плече у Ника вытатуирована мультяшная ящерица в высоком цилиндре, а все стены дома увешаны бабочками и иллюстрациями из любимых книг (с раннего детства актер коллекционирует не только комиксы, но и насекомых).

Продюсер фильма «Скала» Джерри Брукхеймер до сих пор не может забыть костюм Николаса, в котором он явился на премьеру: «Ник был одет в ярко-оранжевую шляпу, оранжевый свитер, желто-зеленые ботинки и зеркальные голубые очки. Видимо, этот наряд соответствовал его настроению в тот день». Режиссер картины «Воздушная тюрьма» с ужасом вспоминает, как Ник регулярно пытался залезть на стену: ни с того ни с сего актер с разбега кидался на стену павильона, каким-то чудесным образом прилипал к ней и висел, пока его не просили слезть. Во время съемок фильма «Мандолина капитана Корелли» Николас вбил себе в голову, что обязан научиться играть на инструменте, чем поверг в шок соседей по гостинице, вынужденных ночи напролет слушать его музыкальные упражнения.

После того как актер сыграл в картине «Угнать за 60 секунд», достоянием широкой общественности стала еще одна страсть Кейджа — гоночные автомобили. «Скорость — единственная альтернатива валиуму, — оправдывается Ник. — Кто-то пьет или колется, а я сажусь за руль и два часа ношусь со скоростью 160 км/ч, думая только о том, чтобы выжить».

Пережив два «звездных» брака, актер решил воплотить в жизнь историю о Золушке, осчастливив никому не известную официантку. Третьей по счету женой Николаса стала 20-летняя кореянка Эллис Ким, работающая в лос-анджелесском суши-баре. Единственной заслугой девушки было то, что именно она обслуживала столик, за которым сидел Ник с другом.

Встреча произошла в День святого Валентина, а уже скоро 40-летний актер вел свою новую подругу по ковровой дорожке на церемонии вручения «Оскара».

Спустя месяц романтических свиданий Ник преподнес Эллис обручальное кольцо с огромным изумрудом и бриллиантами, а еще через три месяца пара поженилась на ранчо Кейджа в Калифорнии. В качестве свадебного подарка Ник решил презентовать жене самый лучший в округе ресторан.

Кейдж называет свой третий брак «самым счастливым». Молодая жена старается не разочаровывать супруга: 3 октября 2005 года Эллис родила актеру сына. «Я хочу назвать сына Кал-Эл, — заявил с порога Кейдж, приехав к жене в больницу. — Только, умоляю, не спрашивай меня, почему я выбрал это имя!» «И не подумаю, — рассмеялась в ответ Эллис. — Этот комикс висит у нас в гостиной, и я, пока ждала тебя со съемок, успела выучить имена всех главных героев. Пусть наш сын будет супергероем. Как и его отец».

http://www.peoples.ru

Любовь к Супермену однажды могла воплотиться в жизнь. В 1997 году Ник Кейдж мог сыграть роль своего кумира в фильме Тима Бертона.

Мне предложили снять собственную версию «Супермена» с Ником Кейджем, и я подумал, что это звучит неплохо,— Ника я люблю. Мы с ним встретились и обсудили вот какую идею: надо уделить больше внимания тому, что главный герой инопланетянин, — может быть, он впервые в жизни начинает ощущать, каково это — быть Суперменом. Трудность для меня заключалась в том, что он хорош па уровне комиксов, но кинематографисты, по существу, никогда не обыгрывали - тот факт, что это конкретный парень в синем костюме, со смешным желтым ремнем и тому подобное. Он изображен гораздо более поверхностно, чем другие герои комиксов. Я, например, не могу понять до конца, каков Супермен в действительности, в то время как Бетмена ощущаю человеком глубоко ненормальным и в какой-то мере представляю, о чем он может думать. Вот почему мы собирались немного углубиться и проанализировать, каково приходится пришельцу с другой планеты, который совершенно не такой, как другие, по должен это скрывать. Все комиксы в основном об одном и том же: о состоянии раздвоенности — что-то показано, а что-то скрыто.

Я был в восторге от возможности работать с Ником: мы пришли к такому совместному пониманию будущего фильма, что никто бы и не узнал Супермена в Кларке Кенте; тот мог бы изменить свой физический облик, а не просто снять или надеть очки. Ник — актер, который может справиться с подобной задачей, даже не прибегая к помощи грима.

http://johnnytim.com/temat/tim/1991_2000/super/movie.html

«Ученик чародея»: интервью с Николасом Кейджем

Интервью: Уилл Лоуренс

... Для меня было крайне важно, чтобы магия в фильме была западной, а не восточной. В какой-то момент в сценарий хотели привнести китайскую чертовщину, чтобы привлечь зрителей азиатской магией и философией, но я сказал: «Ни в коем случае. Мы должны сосредоточиться на волшебстве Запада, особенно на короле Артуре!» Для меня нет ничего более значительного и захватывающего, это все-таки мои корни…

Журнал Empire поделился в этот раз с КиноПоиском интервью с актером Николасом Кейджем, приуроченным к выходу фильма «Ученик чародея». Кроме того в номере за июль 2010 года Вы сможете прочитать статьи и про другие фильмы, например, о картинах «Начало» и «Центурион».

Широко известна ваша любовь к мифам и легендам, особенно про Мерлина. Надо полагать, «Ученик чародея» — это для вас фильм что надо?

Для меня было крайне важно, чтобы магия в фильме была западной, а не восточной. В какой-то момент в сценарий хотели привнести китайскую чертовщину, чтобы привлечь зрителей азиатской магией и философией, но я сказал: «Ни в коем случае. Мы должны сосредоточиться на волшебстве Запада, особенно на короле Артуре!» Для меня нет ничего более значительного и захватывающего, это все-таки мои корни…

Разве ваши родители родом из Великобритании?..

Нет, вы правы, мама по происхождению немка, а папа — итальянец. Я имел в виду, что мои предки, по всей вероятности, римляне и саксы, а те и другие были в Англии. Я всегда буду там в каком-то смысле чужаком, потому что родился не на английской земле, но связь с ней я ощущаю.

Вот почему вы купили дома в Бате и окрестностях…

Да, я какое-то время жил в Гластонбери; собственно, я и сейчас там живу. Просто давно не был дома, а выбрал я это место именно потому, что увлекся мифологией. Я обитаю в самом сердце всех легенд и мифов и, возможно, даже каких-то исторических событий. Точно мы этого не знаем, но я читал книги на эту тему… В общем, это для меня главный источник вдохновения. В итоге я снялся в «Ученике чародея».

Что вас вдохновляло больше — баллада Гете или диснеевская «Фантазия»?»

И то, и другое. На съемках «Пророка» я обмолвился, что хотел бы сыграть чародея, древнего волшебника, — все эти легенды, как я уже сказал, меня очаровывают. Тут Тодд (Гарнер, продюсер — EMPIRE) и говорит: «Есть вариант: «Ученик чародея»!» Он работал с Disney. Как и я, он любит «Фантазию», и идея переснять один из эпизодов этой картины очень понравилась нам обоим.

Диснеевский эпизод длился минут десять, не более…

Мы поняли, что можем развернуть этот десятиминутный скетч и создать на его основе сложный, детально продуманный мир. Мы сразу обо всем договорились, нашли сценариста, потолковали с Джерри Брукхаймером. Он прочел сценарий, ему понравилось. У Джерри только что был огромный успех с «Пиратами…», и, я думаю, он был внутренне готов взяться за что-то еще более фантастическое. Потом мы пригласили Джона Тёртелтауба — мы с ним отлично сработались на «Сокровище нации».

Он веселый парень, да. Джон сглаживает ваши, гм… острые углы?

Точно. Джону нравится держать меня, как он говорит, в «зоне веселья» — я в своей работе склонен немного ударяться в мрачные, резкие тона, а он любит, чтобы все было очень позитивно. Мне же, соответственно, нравится склонять его на темную сторону. В общем, мы два сапога пара.

Вы с Джоном ходили в одну школу, верно?

Да, и мы были приятелями. Не лучшими друзьями, но все равно часто встречались.

Вы учились в параллельных классах, но ушли из школы раньше Джона. Почему?

Я ушел в середине учебного года, потому что мне не дали роль в школьном спектакле.

Вот это акция протеста! Вашу роль дали Джону?

Понятия не имею. Помню, в «Нашем городке» по Уайлдеру он был главным героем, а мне достался констебль Уоррен! Коп, который приехал в город, — две реплики! Ужасная роль. И Джон будет напоминать мне об этом до конца жизни. Что до ухода из школы — мне не дали главную роль, не дали вообще никакой роли в постановке «Вестсайдской истории». Я оставался там только из-за драмкружка, и когда меня прокатили с ролью, я ушел. Сдал экзамены и ушел. И сразу пошел работать. Мне повезло, я стал сниматься в кино.

Вы решили стать актером после того, как увидели Джеймса Дина в фильме «К востоку от рая», да?

Одно время я хотел быть морским биологом, потом боксером, потом фокусником и гонщиком. Все это меня увлекало, но когда мне стукнуло 15 лет и я увидел в кинотеатре «Беверли-Синема» Джеймса Дина, то понял, что хочу стать актером. Еще я хотел стать музыкантом, певцом, но стоило увидеть эпизод, в котором Джеймс Дин дает деньги Рэймонду Мэсси, игравшему отца героя, — и мое сердце было разбито.

Это было прозрение.

Я понял, что не могу иначе. Это был поворотный момент. Я понял, что сделаю все, чтобы стать таким актером. Кроме того, я сказал себе, что, став актером, я научусь и скакать на лошадях, и ездить на гоночных машинах, и боксировать, то есть все мои мечты сбудутся. Для меня это был хороший опыт, хотя на семейной жизни он сказался не лучшим образом.

Вы с самого начала работали по системе Станиславского и в первые годы снимались очень активно…

Сейчас, возвращаясь домой, я не привожу с собой своего персонажа — в известной степени. С другой стороны, всегда есть какое-то глубинное течение… Если уж актер взялся за роль, он не может — на каком-то уровне — не работать над ней все время. Я уверен, что даже сейчас в моем подсознании формируется нечто, о чем я даже не догадываюсь. Но сознание мое работает как надо, и когда съемки заканчиваются, я еду домой, к семье — именно я, а не мой герой. Сейчас во мне уже не идет та борьба, которая шла, когда я был моложе, работал по Методу, сживался с героями, мог повести себя непредсказуемо, возвращался домой — и вел себя точно так же. Когда в доме дети, так жить нельзя. Это игра для молодых.

Так что же заставило вас обратиться к Методу?

У меня не было актерского образования, и я понимал, что могу только делать то, что делает мой герой, ну, как Де Ниро — просто жить ролью. Когда ты живешь ролью, ты о ней не думаешь. Тебе не нужно как-то особо себя готовить. Ты просто делаешь то, что делаешь, правда, с одним условием: если у тебя хороший режиссер. Если хорошего режиссера нет, то это может плохо кончиться.

Вы упомянули Де Ниро. Некоторые критики ставят вас на одну доску с ним и Пачино. У вас не бывает ощущения, что вам порой не отдают должного?

Нет. Мои кумиры — Иствуд и Николсон, актеры вроде них. Мне нравятся Де Ниро и Аль Пачино, но у меня другой путь: я стараюсь быть эклектичным, показывать что-то новое и зрителям, и себе. Не хотелось бы, чтобы меня сравнивали с другими актерами лишь потому, что я пытаюсь играть так, как чувствую, играю что-то свое и не забываю о своих корнях. Я вырос на фильмах Рэя Харрихаузена, мне нравился «Звездный путь», я любил фантастику, в общем, мои пристрастия не слишком совпадают с пристрастиями Де Ниро и Аля Пачино. На меня куда больше повлиял Герберт Уэллс. Но я понимаю, что Аль Пачино — один из величайших актеров. Его Майкла Корлеоне в «Крестном отце» или Тони Монтана в «Лице со шрамом» нельзя улучшить. Есть актеры столь же хорошие, но лучше никого нет, и его фильмы я смотрю с замиранием сердца.

Судя по всему, на вас больше повлияли 1950-е…

Да. Я обожаю 50-е, они для меня основа основ. Джеймс Дин, Марлон Брандо…

Отправной точкой вашей карьеры стал фильм «Воспитывая Аризону». Ваша немного сумасшедшая игра — это результат эклектичного подхода, о котором вы говорили?

Хороший вопрос! Те съемки требовали от меня очень многого. Я был еще молод — мне было то ли 19, то ли 21… У меня была идея сыграть в этом фильме персонажа вроде Вуди Вудпекера. Я недавно прочитал интервью братьев Коэнов, где они говорят, что тащились, кроме прочего, от Уолтера Ланца, придумавшего Вуди Вудпекера. И самое смешное, что я знаю, откуда это взялось, — из этого моего странного юношеского желания: попробовать сыграть мультперсонажа вживую, как героя фильма.

Перейдем от Коэнов к Дэвиду Линчу и его фильму «Дикие сердцем». Часто говорят, что вы сыграли в нем «в духе Элвиса Пресли».

Да, но даже тогда, когда все только начиналось, я задумывался о синтезе искусств. Говорят, что я сыграл «в духе Элвиса Пресли», но на деле я играл «в духе Энди Уорхола», который брал портреты идолов и делал изумительные коллажи — с Джаггером, Пресли, Мэрилин Монро, Суперменом, — и я думал: можно ли сделать то же самое в актерской работе? Станиславский в книге «Работа актера над собой» пишет, что худшее, что актер может делать, — это подражать. Я сказал себе, что это вызов, что надо нарушить это правило. Я решил, что буду играть в духе Энди Уорхола и нарушу правило Станиславского — в этом фильме я буду подражать Элвису. И я это сделал. Мне хотелось раскачать лодку, добавить в кино немного панк-рока.

Вы похожи на фаната панк-рока…

О да. Sex Pistols!

Для вас все начинается и заканчивается панком 1970-х?

Да. Для меня все заканчивается смертью Сида Вишеса. Я был фанатом Sex Pistols — и все.

В «Покидая Лас-Вегас» вы добавили панк-рока изрядно. Можно ли утверждать, что в работе над этой ролью вам помогла личная драма (разрыв с невестой, моделью Кристен Зэнг)?»

Да, эмоции играть всегда легче, если ты переживаешь на самом деле, но все еще можешь себя контролировать. Я смотрел разные фильмы про алкоголизм — а сам я не алкоголик, никогда им не был, не состоял в обществе анонимных алкоголиков, не лечился в клиниках, — и я хотел сыграть свою роль убедительно. И осознал, что выбор прост: а) нажраться, записать пьяного себя на пленку и попытаться себя же копировать; б) нанять алкотренера, который понимает, что значит быть пьяным, и сам все время пьян; в) доводить себя до кондиции в тех сценах, где это уместно.

И что вы пробовали — а, б или в?

С третьим вариантом я сильно рисковал — можно ведь и сорваться. В общем, я опробовал все три варианта, и они сработали, но мне повезло, что фильм снимался только месяц. Если бы съемки длились дольше, это могло плохо кончиться.

Эта роль принесла вам «Оскар», и она же подтолкнула вас к более мейнстримовым, крупнобюджетным фильмам. Или вы уже шли в этом направлении?

Уже шел. Это неправда, что я стал сниматься в экшнах после «Покидая Лас-Вегас». К моменту получения «Оскара» я уже сыграл в «Скале». Фильм был уже готов. Я решил выскочить из колеи. Об эклектичной карьере я думал с самого начала, так что это заблуждение, что я получил «Оскар» — и ринулся с ним на заработки. В Голливуде это не так работает. «Оскар» — это не пропуск в приключенческое кино. Либо тебя в нем снимают, либо нет.

Вы упомянули «Скалу», а еще был «Без лица». Вы играли в боевиках сложные характеры. Вам приходилось отстаивать свое видение героев?

Приходилось, и я старался понять, какими они должны быть, и только из-за них я соглашался сниматься. Начать с того, что я вырос на приключенческих фильмах с Клинтом Иствудом и Чарльзом Бронсоном и знал, что в экшнах нужно стараться играть сложных людей, потому что таких персонажей в боевиках всего ничего. Я видел, что нужно делать, и хотел попробовать. Опять же, я смотрел на такие роли как на вызов. Я ведь не из тех актеров, которые могут сыграть кого угодно, и по моим предыдущим фильмам, будь то «Воспитывая Аризону», «Поцелуй вампира» или «Покидая Лас-Вегас», никто не сказал бы, что я могу сыграть героя боевика. Только Джерри Брукхаймер — один-единственный — решил, что я смогу, и дал мне такую возможность.

В фильме «Пипец» есть отсылка к «Без лица» — что вы о ней думаете?

Есть одна, но она не связана с моим героем. Честно говоря, я ее и не помню. Может, какая-то реплика… «Без лица» — это был чудесный опыт. Джон Ву показал мне «Пулю в голове» с Тони Люном — эти двое очень похожи на Вернера и Кински. Когда я увидел, до чего актеры доходят в «Пуле в голове», я понял порог дозволенного у Ву, и что я могу играть куда более резко, чем раньше, особенно голосом. Вернер, когда работал с Кински, тоже мирился с тем, что Кински экспериментирует с голосом, а меня такие эксперименты очень интересовали. «Без лица» дал мне шанс выразить себя. Не думаю, что я играл бы так же смело, если бы Ву не показал мне «Пулю в голове», — я бы не был уверен в том, что мы поймем друг друга. До того я видел «Наемного убийцу» и «Круто сваренных», но только посмотрев «Пулю…», понял, насколько резко, пугающе резко играют актеры в фильмах Ву. И я зажегся. Для меня это был сигнал.

Вы упомянули Брукхаймера — вместе вы сделали семь фильмов. он не боится рисковать, правда? Взять хоть «Воздушную тюрьму»…

Ну да, Джерри дал мне роль героя экшна, а в «Воздушной тюрьме» снял Стива Бушеми и Джона Малковича — кто еще решился бы на такое? Если бы эти ленты продюсировал кто-то другой, такого бы никогда не случилось. То же и со мной: Джерри нужен был свежий взгляд на боевики.

Еще вы с Брукхаймером сделали фильм «Угнать за 60 секунд», о котором разочарованные поклонники говорили, что стиль там победил содержание.

С этой картиной любопытно вот что: когда она только вышла, я понимал, что это не самый лучший наш с Джерри фильм, и я ему сказал об этом. А он ответил, что фильм людям нравится, что он успешен. Мне «60 секунд…» не казались чем-то выдающимся, но фильм стал культовым у многих жителей больших городов. Люди по всему миру до сих пор вспоминают: «Боже, «60 секунд…»! С него все началось!» Потом были «Токийский дрифт» и прочее…

Фильмы серии «Форсаж»…

Да, все это. Для многих «60 секунд…» — это вроде «Лица со шрамом» в субжанре про угон автомобилей и гонки в городе. Я и предположить не мог, что все так обернется, однако фильм нашел своего зрителя.

Вам правда понравилось играть у Спайка Джонза в «Адаптации»? Он славится запредельной дотошностью, да и близнецов изображать непросто…

Спайк — визионер, и, кстати, мне очень понравился его последний фильм. Очень. Я послал ему, верьте или нет, белую орхидею и написал: «Ты поэт, провидец, визионер и волшебник; спасибо тебе за «Там, где живут чудовища»!» Он такой и есть. Как он сумел преобразить короткую историю в рассказ о конфликте между детьми и взрослыми — это настоящее чудо… Возвращаясь к вопросу: я знал, что работа со Спайком Джонзом — это работа с визионером и не-заурядной личностью. Спайк — микроменеджер. Он говорит тебе: «Играй так, играй эдак», — и все время что-то подправляет, и тебя это начинает ошеломлять, особенно если играешь то одну роль, то другую. Я был полностью обескуражен. Но как только я понял, в чем тут дело, я сказал ему: «Я буду как дистанционно управляемая машинка. У тебя есть пульт. Жми на кнопки!» Джонз вывел меня на новую высоту, о которой я до того и не догадывался. Как раз тогда мне очень нужны были поддержка и вдохновение.

Кстати о вдохновении: Папаня в фильме «Пипец» — лучшая ваша роль за последние годы?

Не знаю. По мне, «Пипец» — это история о привязанности отца и дочери, но это еще и лента с моралью, с иронической моралью о том, к чему приводит фиксация на насилии и даже на супергероях. В последнее время зацикленность на комиксах и супергеройской мифологии достигла своего апогея, мне кажется.

Вы снялись в ремейке «Плохого лейтенанта», потому что вам нравится оригинал или вы хотели поработать с Вернером Херцогом?

Мне нравится оригинал, но важнее всего была работа с Вернером, потому что я без ума от его фильмов и — особенно — его отношений с Клаусом Кински. Вернер меня восхищает, и я хотел с ним работать. Его фильмы для меня — как поэмы, они витают в каких-то заоблачных далях. Я был уверен, что его «Плохой лейтенант» не будет иметь ничего общего с оригиналом, что Вернер снимает кино о совсем иных, куда более абстрактных материях.

Ваш новый фильм «Время ведьм» рассказывает о вашей любимой эпохе — средних веках.

Это моя эпоха и моя история. Я хотел телепортировать себя в другое время и посмотреть, смогу ли я перевоплотиться в рыцаря, которого заботят вопросы веры, церкви и насилия. Этот герой мне крайне интересен: он все еще верит в Бога и совсем не рад тому, что крестовые походы требуют от него такой жестокости. Потому он фактически уходит в самоволку. Церковь находит его и назначает конвоиром юной дамы, которую считают ведьмой, но он сомневается в ее виновности, он ощущает, что происходящее как-то связано с политикой. Он не уверен в том, что она ведьма, очень может быть, что она — всего лишь жертва.

Вы только что приступили к съемкам в «Агрессивном вождении» Патрика Люссье, режиссера «Моего кровавого Валентина»…

Съемки в самом разгаре. Это тоже путешествие в царство сверхъестественного, что, учитывая мои нынешние интересы, неудивительно. Можно сказать, это фильм для любителей ночной жизни. Не в клубном смысле, а в смысле полуночных бдений. Больше я, пожалуй, сказать не могу.

Вам уже за сорок. Это лучшее десятилетие вашей жизни?

В чем-то — да, хотя когда тебе от тридцати до сорока, в тебе все-таки больше сил — и физических, и душевных.

«Когда его время придет, Ник Кейдж умрет без сожалений». Да или нет?

Я ни о чем не жалею. Я словно жил жизнями множества людей. К своим сорока шести я прожил больше, чем одну жизнь. Я был разными людьми. Я менялся, и продолжаю меняться, и это прекрасно. Впрочем, нет, у меня есть одно сожаление. Кто-то спер три моих лучших комикса. И их так и не нашли.

Empire, июль 2010

Автор http://www.kinopoisk.ru/level/73/interview/1322702/

Фильмография:

Сумасшедшая езда (2011)

Бешеный пес (2010)

Голодный кролик атакует (2010),

Время ведьм (2010)

Пипец (2010)

Астробой (2009)

Плохой лейтенант (2009),

Миссия Дарвина (2009)

Знамение (2009)

Опасный Бангкок (2008)

Сокровище нации: Книга Тайн (2007)

Пророк (2007)

Грайндхаус (2007)

Призрачный гонщик (2007)

Плетеный человек (2006)

Башни-близнецы (2006)

Гроза муравьев (2006)

Синоптик (2005)

Оружейный барон (2005)

Сокровище нации (2004),

Великолепная афера (2003)

Адаптация (2002),

Жиголо (2002)

Говорящие с ветром (2002),

Рождественская история (2001)

Выбор капитана Корелли (2001),

Семьянин (2000)

Угнать за 60 секунд (2000),

Воскрешая мертвецов (1999),

8 миллиметров (1999)

Глаза змеи (1998),

Город ангелов (1998)

Без лица (1997),

Воздушная тюрьма (1997)

Скала (1996),

Покидая Лас-Вегас (1995),

Поцелуй смерти (1995)

Пойманный в раю (1994)

Счастливый случай (1994)

Телохранитель Тесс (1994)

Смертельное падение (1993)

Эмос и Эндрю (1993)

Придорожное заведение (1992)

Медовый месяц в Лас-Вегасе (1992)

Зандали (1991)

Дикие сердцем (1990)

Огненные птицы (1990)

Время убивать (1989)

Поцелуй вампира (1988),

Во власти Луны (1987)

Воспитывая Аризону (1987)

Пегги Сью вышла замуж (1986)

Человек в синем (1986)

Птаха (1984)

Клуб «Коттон» (1984)

Наперегонки с Луной (1984)

Бойцовая рыбка (1983)

Девушка из долины (1983),

Быстрые перемены в школе Риджмонт Хай (1982)

Лучшие времена (ТВ) (1981)